Л.Н.Толстой о духовно-нравственном воспитании

Загрузить архив:
Файл: ref-23563.zip (24kb [zip], Скачиваний: 103) скачать

Центросоюз Российской Федерации

Липецкий кооперативный институт (филиал)

Белгородского университета потребительской кооперации

Кафедра товароведения и коммерции

Доклад

По дисциплине: «Православная педагогика»

На тему:«Л.Н. Толстой о духовно нравственном воспитании»

                                                 
Выполнил: студентка Данилова Д.А.

Факультет экономики и                                                                            товароведениягруппа

группа ЭК-31

Проверил: Овчинникова А.Ж.

Липецк-2006

Содержание
Введение    
Биография

Проблемы нравственно-религиозного воспитания в работах Л.Н. Толстого.

1 Философско-педагогические идеи Л.Н. Толстого.

2 Основные положения нравственно-религиозного учения Л.Н. Толстого.

Заключение

Введение
Тема «О духовно-нравственном воспитании» (по работам Л.Н. Толстого) выбрана не случайно. В наше время, время преобразований в социальной и духовной жизни общества педагогические поиски Л.Н. Толстого привлекают актуальностью проблем обучения и воспитания подрастающего поколения. Глубокие изменения, происходящие в российском обществе, напрямую затронули образование, которое переживает сегодня, по оценкам ученых и учителей, государственных и общественных деятелей, глубокий кризис, выражающийся не столько в материально-финансовом аспекте, сколько в неопределенности целей и содержания образования. Важно не только увидеть опасность нравственной опустошенности, на которую обрекают детей, подростков и юношество нынешние дельцы массовой культуры, свободные бизнесмены индустрии развлечений. Важнее предложить меры, которые позволят уберечь общество от духовного «чернобыля», охранить подрастающие поколение от морального уродства. Забота о духовном развитии детей и молодежи не может ограничиться лишь реализацией социальной политики государственных органов. В период кардинальной ломки устоев общества возрастает значение общественных движений за сохранение непреходящих духовных основ общества на базе общечеловеческих ценностей. После любых общественных потрясений и деформаций, кризисов и нравственных трагедий общество выходит на новый виток своего бытия путем возвращения к своим предтечам, их осмысления и широкого использования накопленного предшественниками морального капитала. В истории всех наций и народов накоплен бесценный опыт воспитания детей. В раздумьях о новой школе в работах Л.Н, Толстого мы находим идеи и разработки, которые словно отражают взгляды на вопросы современной педагогики. Желание научить детей творчески мыслить, формировать их духовные потребности и нравственные качества - все это заставило задуматься Л.Н. Толстого о пути реформирования образовательной системы. К сожалению, в изучении педагогических исканий долгое время существовали некоторые методологические просчеты, как следствие прямолинейного толкования, поверхностного отношения к философской специфике взглядов, замалчивание непонятных положений. Например, идеи Л.Н. Толстого о религиозно-нравственном воспитании долгое время замалчивались, как будто их просто не существовало. Сегодня, во времена бездуховности и низкой общественной культуры воспитания, нравственное воспитание на идеях гармонии и божественного начала очень привлекательно и актуально.
Несмотря на актуальность рассматриваемой темы, идеи Л.Н. Толстого о нравственно-религиозном воспитании долгое время замалчивались, в результате оказались недостаточно изучены. Поэтому, их изучение является интересным и важным с точки зрения анализа развития педагогической мысли.
Биография
ТОЛСТОЙ Лев Николаевич [28 августа (9 сентября) 1828, усадьба Ясная Поляна Тульской губернии Ч 7 (20) ноября 1910, станция Астапово (ныне станция Лев Толстой) Рязано-Уральской ж. д.; похоронен в Ясной Поляне], граф, русский писатель.Без своей Ясной Поляны я трудно могу себе представить Россию и моё отношение к ней. Без Ясной Поляны я, может быть, яснее вижу общие законы, необходимые для моего отечества…
Толстой был четвертым ребенком в большой дворянской семье. Его мать, урожденная княжна Волконская, умерла, когда Толстому не было еще двух лет, но по рассказам членов семьи он хорошо представлял себе «ее духовный облик»: некоторые черты матери (блестящее образование, чуткость к искусству, склонность к рефлексии) и даже портретное сходство Толстой придал княжне Марье Николаевне Болконской («Война и мир»).Матери своей я совершенно не помню. Мне было полтора года, когда она скончалась… всё, что я знаю о ней, всё прекрасно…
Отец Толстого, участник Отечественной войны, запомнившийся писателю добродушно-насмешливым характером, любовью к чтению, к охоте (послужил прототипом Николая Ростова), тоже умер рано (1837).Первое место…занимает, хотя и не по влиянию на меня, но по моему чувству к нему,… мой отец.
Воспитанием детей занималась дальняя родственница Т. А. Ергольская, имевшая огромное влияние на Толстого: «она научила меня духовному наслаждению любви». Детские воспоминания всегда оставались для Толстого самыми радостными: семейные предания, первые впечатления от жизни дворянской усадьбы служили богатым материалом для его произведений, отразились в автобиографической повести «Детство». Казанский университет
Когда Толстому было 13 лет, семья переехала в Казань, в дом родственницы и опекунши детей П. И. Юшковой. В 1844 Толстой поступил в Казанский университет на отделение восточных языков философского факультета, затем перевелся на юридический факультет, где проучился неполных два года: занятия не вызывали у него живого интереса и он со страстью предался светским развлечениям. Весной 1847, подав прошение об увольнении из университета «по расстроенному здоровью и домашним обстоятельствам», Толстой уехал в Ясную Поляну с твердым намерением изучить весь курс юридических наук (чтобы сдать экзамен экстерном), «практическую медицину», языки, сельское хозяйство, историю, географическую статистику, написать диссертацию и «достигнуть высшей степени совершенства в музыке и живописи».
После лета в деревне, разочарованный неудачным опытом хозяйствования на новых, выгодных для крепостных условиях (эта попытка запечатлена в повести «Утро помещика», 1857), осенью 1847 Толстой уехал сначала в Москву, затем в Петербург, чтобы держать кандидатские экзамены в университете. Образ его жизни в этот период часто менялся: то он сутками готовился и сдавал экзамены, то страстно отдавался музыке, то намеревался начать чиновную карьеру, то мечтал поступить юнкером в конногвардейский полк. Религиозные настроения, доходившие до аскетизма, чередовались с кутежами, картами, поездками к цыганам. В семье его считали «самым пустяшным малым», а сделанные тогда долги ему удалось отдать лишь много лет спустя. Однако именно эти годы окрашены напряженным самоанализом и борьбой с собой, что отражено в дневнике, который Толстой вел в течение всей жизни. Тогда же у него возникло серьезное желание писать и появились первые незавершенные художественные наброски.
В 1851 старший брат Николай, офицер действующей армии, уговорил Толстого ехать вместе на Кавказ. Почти три года Толстой прожил в казачьей станице на берегу Терека, выезжая в Кизляр, Тифлис, Владикавказ и участвуя в военных действиях (сначала добровольно, потом был принят на службу).
В ноябре 1855 Толстой приехал в Петербург и сразу вошел в кружок «Современника» (Н. А. Некрасов, И. С. Тургенев, А. Н. Островский, И. А. Гончаров и др.), где его встретили как «великую надежду русской литературы» (Некрасов). Толстой принимал участие в обедах и чтениях, в учреждении Литературного фонда, оказался вовлеченным в споры и конфликты писателей, однако чувствовал себя чужим в этой среде, о чем подробно рассказал позднее в «Исповеди» (1879-82): «Люди эти мне опротивели, и сам себе я опротивел». Осенью 1856 Толстой, выйдя в отставку, уехал в Ясную Поляну, а в начале 1857 Ч за границу. Он побывал во Франции, Италии, Швейцарии, Германии (швейцарские впечатления отражены в рассказе «Люцерн»), осенью вернулся в Москву, затем - в Ясную Поляну.
В 1859 Толстой открыл в деревне школу для крестьянских детей, помог устроить более 20 школ в окрестностях Ясной Поляны, и это занятие настолько увлекло Толстого, что в 1860 он вторично отправился за границу, чтобы знакомиться со школами Европы. Толстой много путешествовал, провел полтора месяца в Лондоне (где часто виделся с А. И. Герценом), был в Германии, Франции, Швейцарии, Бельгии, изучал популярные педагогические системы, в основном не удовлетворившие писателя. Собственные идеи Толстой изложил в специальных статьях, доказывая, что основой обучения должна быть «свобода учащегося» и отказ от насилия в преподавании. В 1862 издавал педагогический журнал «Ясная Поляна» с книжками для чтения в качестве приложения, ставшими в России такими же классическими образцами детской и народной литературы, как и составленные им в начале 1870-х гг. «Азбука» и «Новая Азбука». В 1862 в отсутствие Толстого в Ясной Поляне был проведен обыск (искали тайную типографию).
В сентябре 1862 Толстой женился на восемнадцатилетней дочери врача Софье Андреевне Берс и сразу после венчания увез жену из Москвы в Ясную Поляну, где полностью отдался семейной жизни и хозяйственным заботам.
В 1870-е гг., живя по-прежнему в Ясной Поляне, продолжая учить крестьянских детей и развивать в печати свои педагогические взгляды
Ход переворота, совершавшегося в сознании Толстого, нашел отражение в художественном творчестве, прежде всего в переживаниях героев, в том духовном прозрении, которое преломляет их жизнь.
В рамках нового миропонимания и представлений о христианстве Толстой выступал против христианской догматики и критиковал сближение церкви с государством, что привело его к полному разобщению с православной церковью. В 1901 последовала реакция Синода: всемирно признанный писатель и проповедник был официально отлучен от церкви, что вызвало громадный общественный резонанс.
Годы перелома круто изменили личную биографию писателя, обернувшись разрывом с социальной средой и приведя к семейному разладу (провозглашенный Толстым отказ от владения частной собственностью вызывал резкое недовольство членов семьи, прежде всего жены). Пережитая Толстым личная драма нашла отражение в его дневниковых записях. Поздней осенью 1910, ночью, тайно от семьи, 82-летний Толстой, сопровождаемый лишь личным врачом Д. П. Маковицким, покинул Ясную Поляну. Дорога оказалась для него непосильной: в пути Толстой заболел и вынужден был сойти с поезда на маленькой железнодорожной станции Астапово. Здесь, в доме начальника станции он провел последние семь дней своей жизни. За сообщениями о здоровье Толстого, который к этому времени приобрел уже мировую известность не только как писатель, но и как религиозный мыслитель, проповедник новой веры, следила вся Россия. Событием общероссийского масштаба стали похороны Толстого в Ясной Поляне.

Проблемы нравственно-религиозного воспитания в работах Л.Н. Толстого.

1 Философско-педагогические идеи Л.Н. Толстого.

Проблема осмысления жизни как основа полноценного духовного, психологического развития человека, понимание педагогом условий, способствующих или препятствующих этому, — стержень процесса формирования профессионального педагогического сознания. К сожалению, это проблема наиболее избегаемая в педагогике.

В наши дни открытая модель образования и педагогическая наука, нуждаются в образе духовного и нравственного человека. Ведутся исследования в области нравственной и христианской психологии. При этом учитываются разработки широко известного на Западе движения гуманистической педагогики. Сама логика развития педагогики приводит к утверждению гуманитарной парадигмы, к обоснованию принципиально новой модели человеческой психики и мира субъективного как психологической реальности. В основе рассматриваемой проблемы лежат идеи нравственно-религиозного воспитания Л.Н. Толстого(1828-1910). Свое понимание полноценно функционирующего человека, человека духовного и нравственного, деятельного и творческого, постоянно преодолевающего противоречивость своего существования, устремленного к смыслу и ценностям, духовно свободного и ответственного, умеющего устанавливать личную формулу общения с Богом, он воплотил в своем учении.

Но до сих пор религиозно-духовные искания писателя продолжают восприниматься неоднозначно. Это сказывается на уровне научного осмысления его художественного и педагогического творчества, оценке вклада в развитие педагогической и психологической науки. Прецедент, который создал Толстой, обратившись к мировым религиям, с одной стороны, а с другой — выявив недостаточность, а в ряде случаев — псевдонаучную направленность наук о человеке своей эпохи, оказался исторической ловушкой для многих исследователей его творчества. Огромное количество нареканий получил писатель от своих оппонентов, среди которых были такие знаменитости, как С.А. Франк, Л.З. Слонимский, Д.С. Мережковский, И.А. Ильин, В.В. Вересаев, П.А. Кропоткин, А. Белый, С.Н. Булгаков, Н.А. Бердяев, В.В. Зеньковский и многие другие.

Ни ученых-позитивистов, ни религиозных деятелей, ни философов и психологов религиозного направления не устраивало то, что Толстой обратился к христианскому учению. Представители науки увидели слабость мыслителя, чудачество, склонность к парадоксам, апологию патриархально-христианской морали и даже оглупление. В советское время тема религиозных исканий оказалась фактически под запретом, она не вписывалась во внедуховную концепцию марксистской науки. Представители религии были не удовлетворены исследовательским замыслом писателя, его позицией по отношению к церкви.

Со своих позиций были правы те и другие. Однако, ни те, ни другие не увидели попытки соотнесения христианского и светского подхода, попытки Толстого соединить христианский вопрос «зачем?», «почему?» со светским «как?»

В наши дни создалась уникальная возможность всмотреться, вчувствоваться в смысл религиозных исканий писателя как исканий смысла жизни, первую серьезную попытку преодоления позитивистской методологии науки и обращения к христианству при разработке образа духовного, нравственного, творческого человека. Эта был исследовательский замысел, попытка сближения науки и религии, попытка одухотворения педагогической науки образом духовного и нравственного человека.

Толстой стоял у истоков формирования утверждающегося в настоящее время взгляда, что духовные образования личности — это фундамент и смысловой аспект всей научной картины мира, но не был понят современниками. Духовная и нравственная сущность человека затушевывалась учеными естественнонаучного толка. «Они, — писал Толстой, — подобны штукатурам, которых бы приставили заштукатуривать одну сторону стены церкви и которые, пользуясь отсутствием главного распорядителя работ, в порыве усердия, замазали бы своей штукатуркой и окна, и образа, и леса, и неутвержденные еще стены и радовались бы на то, как с их штукатурной точки зрения «все выходит ровно и гладко».

Писатель высмеивал оптимизм ученых, считавших, что стоит усилить микроскопы, как «...мы поймем переход из неорганического в психическое, и вся тайна жизни откроется нам». Прямолинейная логика уводила исследователей в никуда, все больше удаляя их от понимания сущности человека. «...Тайна жизни и объяснение всего представляется в запятых, живчиках, не видимых уже... нынче открываемых, а завтра забываемых».

Критикуя современную ему науку, в том числе западноевропейскую педагогическую науку, особое внимание Толстой обращал на присущие ей редукционизм, рационализм, эволюционизм, эмпиризм. С особой силой в творчестве писателя прозвучала тема науки, образования, которые только тогда будут способствовать движению человечества ко все большему благу, когда в их основу будет положено учение о смысле и назначении человеческой жизни, соответствующее современному этапу развития. Однако, по мысли Толстого, в позитивистском, опытном научном знании отсутствует вопрос достойного человека смысла жизни, человек рассматривается как существо конечное. Позитивистской наукой, в том числе, как считал Толстой, и педагогикой, отторгаются такие родовые характеристики, как духовность и нравственность, поэтому вопрос о смысле и не актуализирован, его как бы нет во внедуховном позитивистском знании. В школах «воспитывают один разум», а «главное идет, как хочет».

Условно педагогическое творчество Толстого можно разделить на два больших периода.

Первый — с конца 50-х — начала 60-х годов (создание Яснополянской школы, журнал «Ясная Поляна», 1862) и до середины 70-х годов (создание «Азбуки» и «Новой Азбуки»).

Второй период — последние 30 лет жизни, время создания религиозно-нравственного учения.

В многочисленных дискуссиях, спорах, ориентируясь на опыт предыдущих лет, Толстой вырабатывал свое миропонимание, которое повлияло на осознание сверхзадачи всего творчества как обретения высшего смысла жизни и родовой сущности человека, духовности, созидаемой самим же человеком в своем опыте. Возникшее в эти годы у Толстого желание написать теоретический трактат свидетельствовало о мучительном поиске новых детерминант психологического развития, новых категорий для описания душевного мира человека, субъективности как ведущего принципа психологической реальности. Ответы на эти вопросы мы находим во всем последующем художественном творчестве писателя.

В педагогических статьях журнала «Ясная Поляна» (1862) он попытался научно осмыслить уникальную ситуацию психологического развития и становления человека («закон движения вперед образования»), выявить этапы и условия, личностно-деятельностную и аксиологическую природу становления субъективности, предвосхитив идею о зоне ближайшего развития. При этом Толстой отмежевался от психофизического параллелизма, угадывая необходимость целевых и ценностных детерминант психологического развития, заявляя о единственном вечном законе, написанном в сердцах людей, законе прогресса или совершенствования, способности человека к самоизменению, саморазвитию при ориентации на христианский образ человека.

Педагогическая деятельность обострила духовное зрение писателя, подтолкнула к своеобразному эксперименту на поприще столь дорогого ему народного образования, основанного на желании «спасти тонущих» — будущих Пушкиных, Остроградских, Филаретов, Ломоносовых и понять, почему существовавшая народная школа не стремится к этому.

«Начиная учить детей в русской деревне, — откровенно писал он, — я не мог, не бывши набитым дураком, принять в основании ни немецко-протестантскую лютеровскую систему, ни классическую, ни иезуитскую, ни новейшую теоретическую систему воспитания. Еще менее мог я серьезно принять за систему славянский курс букваря, часовника и псалтыря и связанные с этим курсом семинарские приемы».

Исследовательское пространство педагогических исканий и деятельности было столь обширно, что позволило Толстому творчески заимствовать, переосмысливать множество продуктивных идей, уже высказанных до него, и в то же время действительно сказать то, что до него никто не сказал.

Педагогическая деятельность Толстого — «поэтическое», «прелестное дело», «страстное увлечение» — позволила ему увидеть и понять то, что не сознавалось даже столь знаменитыми его современниками (А.Дистервегом, Н.Г. Чернышевским, К.Д. Ушинским). Связаны ли ответы на вопрос «чему и как учить?» с уровнем умственного и нравственного развития детей, с развитием собственно человеческих характеристик? В чем состоят эти собственно человеческие характеристики? На основе каких методических рекомендаций, педагогических и философских теорий происходит ориентировка учителей-практиков? Толстой пришел к выводу, который не был понят его современниками: преподавательская деятельность искажена, направлена на ложные цели. Необходима «новая философия», «новое сознание», т.е. практически новое понимание сущности человека и иное понимание целей обучения и воспитания, связанных со становлением собственно человеческого в человеке.

Традиционное авторитарное воспитание тормозит творческое и нравственное развитие детей, что, по мнению Толстого, было определенным регрессом, «возвращением к дикости».

По мнению Толстого, эмпирический подход к мышлению, положенный в основу многочисленных методических руководств, приводит к «беспорядочному опыту». Этому необходимо противопоставить выявление «существенных условий всякого преподавания... когда законы ... однородных... явлений сообщаются учащимся... при обучении языку — законы слова, в математике — законы чисел... законы сложения и разложения». Толстого интересовали «способы передачи знания» — «путем слова, пластического искусства, рисования и лепки ...путем музыки, пения, т.е. науки о том, как передать свое настроение, чувство».

В Яснополянской школе Толстой организовал экспериментальное обучение, в результате которого сделал многочисленные выводы по различным методикам преподавания. Он неоднократно подчеркивал, что задача преподавателя заключается в организации такой учебной деятельности детей, когда они самостоятельно достигают определенных результатов, проходя в краткой, сокращенной форме путь открытия, идеи: «Найти эти обобщения, и от них, представляя новые факты, переводить на высшие — вот, следовательно, задача педагогики. Задача одинаковая в одном человеке с задачей науки в человечестве, но не обратная, как будто предполагаются всеми учебными книгами и руководствами». Этот вывод Толстого подтвердили работы известного психолога В.В. Давыдова о формировании содержательных обобщений и понятий. Толстому принадлежат поистине уникальные высказывания о роли в процессе мышления образного, конкретного и отвлеченного, а также об опасности оперирования словами-терминами прежде, чем у ребенка произошло осмысление того или иного понятия.

В «Дневнике Яснополянской школы» Толстой описал, как он перестроил преподавание всех учебных предметов, включая Закон Божий.

Итогом первого и второго периодов педагогической деятельности Толстого явился комплекс учебных книг для народной школы — «Азбука» и «Новая Азбука». Необходимость подобной работы он объяснял отсутствием хорошей учебной литературы: в России «нет ни одной новой статьи для детского чтения, ни одной грамматики русской, ни славянской, ни славянского лексикона, ни арифметики, ни географии, ни истории для народных школ». Толстой с тревогой обращал внимание своих современников на то, что «все силы положены на руководства к обучению детей тому, чему не нужно и нельзя учить детей в школе, чему все дети учатся из жизни». Выражая свое недоумение, Толстой обращался к современникам: «Каким образом люди честные, образованные, искренне любящие дело и желающие добра, каковыми я считаю огромное большинство моих оппонентов, могли стать в такое странное положение и так глубоко заблуждаться».

Итак, Толстой стоял у истоков формирования утверждающегося в настоящее время взгляда, что духовные образования личности — это фундамент и смысловой аспект всей научной картины мира, но не был понят современниками.

2 Основные положения нравственно-религиозного учения Л.Н. Толстого.

Выше были рассмотрен понятия «религия» и «нравственность» в общепринятой трактовке. Далее мы определим основные положения нравственно-религиозное учение Л.Н. Толстого, и для этого рассмотрим, как данные понятия интерпретируются в его трудах.

Толстой считает, что религия есть установленное человеком между собой и вечным бесконечным миром или началом и первопричиной его известное отношение. Если религия есть установленное отношение человека к миру, определяющее смысл его жизни, то нравственность есть указание и разъяснение той деятельности человека, которая сама собой вытекает из того или другого отношения человека к миру.

Нравственность не может быть независима от религии, потому что она не только есть последствие религии, т. е. того отношения, в котором человек признает себя к миру, но она включена уже в религии. Всякая религия есть ответ на вопрос: каков смысл моей жизни? Нравственность заключена в даваемом религией объяснении жизни и потому никак не может быть отделена от религии. Христианская этика — та, которую мы сознаем вследствие нашего религиозного миросозерцания,— требует не только жертвы личности для совокупности личностей, но требует отречения от своей личности и от совокупности личностей для служения богу.

Мнение многих мыслителей, в том числе Н.И. Пирогова, состоит в том, что нравственность существует самостоятельно, а религия помогает осуществлять нравственное воспитание. Толстой высказывает противоположную точку зрения. Он говорит: «Тепло происходит от солнца; печи же производят тепло только тогда, когда в печи положены дрова, т. е. работа солнца. Точно так же и нравственность происходит от религии. Социальные же формы жизни производят нравственность только тогда, когда в эти формы жизни вложены последствия религиозного воздействия на людей — нравственность».

Л.Н. Толстой утверждает, «что люди, считающиеся среди нас самыми образованными в сущности, люди самые невежественные, знающие множество того, что никому не нужно знать, и не знающие того, что прежде всего нужно знать всякому человеку».

Происходит это удивительное и печальное явление от того, что в нашем, называемом христианским, мире не только опущен, но отрицается тот главный предмет преподавания, без которого не может быть осмысленного приобретения каких бы то ни было знаний. Опущена и отрицается необходимость религиозного и нравственного преподавания, т. е. передачи молодым поколениям учащихся тех, с самых древних времен, данных мудрейшими людьми мира, ответов на неизбежно стоящие перед каждым человеком вопросы: первый — что я такое, какое отношение мое, моей отдельной жизни ко всему бесконечному миру; и второй — как мне сообразно с этим моим отношением к миру жить, что делать и чего не делать.

Ответы же на эти два вопроса — религиозное учение, общее всем людям, и вытекающее из него учение нравственности, тоже одинаковое для всех народов, ответы эти, долженствующие составлять главный предмет всякого образования, воспитания и обучения, отсутствуют совершенно в образовании христианских народов. И еще хуже, чем отсутствуют: заменяются в нашем обществе самым противным истинному религиозному и нравственному обучению собранием грубых суеверий и плохих софизмов, называемых законом Божьем.

«Стоит только людям серьезно отнестись к вопросам жизни, и одна и та же — и религиозная и нравственная — истина во всех учениях, от Кришны, Будды, Конфуция и Христа, Магомета и новейших религиозных мыслителей, откроется им».

Только при таком разумном, религиозно-нравственном учении, поставленном в основу образования, может быть разумное, и не вредное людям, а разумное образование. При отсутствии же такой разум-. ной основы образования не может и быть ничего другого, как только то, что и есть теперь, — нагромождение пустых, случайных, ненужных знаний, называемых наукой, которые не только не полезны, но приносят величайший вред людям, скрывая от них необходимость одних нужных человеку знаний. Нравится нам это или не нравится, разумное образование возможно только при постановке в основу его учения о религии и нравственности...

И потому Толстой полагает, «что первое и главное знание, которое свойственно прежде всего передавать детям и учащимся взрослым, — это ответ на вечные и неизбежные вопросы, возникающие в душе каждого приходящего к сознанию человека. Первый: что я такое и каково мое отношение к бесконечному миру? И второй, вытекающий из первого: как мне жить, что считать всегда, при всех возможных условиях, хорошим и что всегда, и при всех возможных условиях, дурным?».

Ответы на эти вопросы действительно есть в учениях религии и нравственности — не в религии и учении нравственности какого-либо одного народа известного места и времени, а в тех основах религиозных и нравственных учений, которые — одни и те же — высказаны всеми лучшими мыслителями мира.

До тех пор, пока эти два предмета не станут в основу образования, не может быть никакого разумного образования. Что же касается дальнейших предметов знания, то порядок их преподавания выясняется сам собой при признании основой всякого знания учения о религии и нравственности. Вероятно, что при такой постановке дела первым после религии и нравственности предметом будет изучение жизни людей самых близких: своего народа, богатых, бедных классов, женщин, детей, их занятий, средств существования, обычаев, верования, миросозерцании. После изучения жизни своего народа, думаю, что при правильной постановке дела образования столь же важным предметом будет изучение жизни других народов, более отдаленных, их религиозных верований, государственного устройства, нравов, обычаев. При постановке в основу образования религии и нравственности изучение жизни себе подобных, т. е. людей, что называется этнографией, займет первое место и что точно так же, соответственно своей важности для разумной жизни, займут соответствующие места зоология, математика, физика, химия и другие знания.

При признании же основой образования религии и нравственности и при полной свободе образования все остальные знания распределяются так, как это им свойственно, сообразно тем условиям, в которых будет находиться то общество, в котором будут преподаваться и восприниматься знания. Главная и единственная забота людей, занятых вопросами образования, может и должна состоять, прежде всего, в том, чтобы выработать соответственное нашему времени религиозное и нравственное учение и, выработав таковое, поставить его во главе образования.

В статье «Беседы с детьми по нравственным вопросам» Толстой описывает свое представление о возможностях внесения в основы системы образование обучения религиозным и, как следствие, нравственным принципам бытия. Он предлагает преподавать детям нравственность следующим образом: «собрав выраженные разными мыслителями нравственные истины и изложив их доступным детям в возрасте около десяти лет языком, я разделил их на отделы и каждый день читал детям по одной мысли из одного очерка отдела и, прочтя, просил их повторить своими словами прочитанное, разъясняя непонятное и отвечая на вопросы, вызванные чтением.

Отделов таких у меня составилось около двадцати. Я говорю около двадцати потому, что я не вполне остановился на числе отделов — и то прибавлю, то убавлю их.

Главные отделы следующие: 1) Бог. 2) Жизнь в воле Бога. 3) Человек — сын Бога. 4) Разум. 5) Любовь. 6) Совершенствование. 7) Усилие. 8) Мысли- 9) Слова. 10) Поступки — дела. 11) Соблазны внутренние. 12) Соблазны внешние. 13) Смирение. 14) Самоотречение. 15) Непротивление. 16) Жизнь в настоящем. 17) Смерть. 18) Жизнь — благо.19) Вера.».

Таких нравственных истин у Толстого набралось более семисот.

Итак, по мнению Толстого, религия и нравственность являются основой образования. Задача образования состоит в развитии в человеке гуманистических задатков. Школа должна стать школой жизни человека и одновременно с этим работать на перспективу духовного развития. Именно такую возможность пропагандирует в своем учении Лев Николаевич Толстой.

Толстой стоял у истоков формирования утверждающегося в настоящее время взгляда, что духовные образования личности — это фундамент и смысловой аспект всей научной картины мира, но не был понят современниками.

До сих пор религиозно-духовные искания писателя продолжают восприниматься неоднозначно. Это сказывается на уровне научного осмысления его художественного и педагогического творчества, оценке вклада в развитие педагогической и психологической науки.

По мнению Толстого, религия и нравственность являются основой образования.

Религиозные идеи Л.Н. Толстого не столь актуальна, так как на современном этапе школа и религия обособлены друг от друга, но гуманистические и нравственные положения оказали большое влияние на образование.

Гуманистические идеи Толстого подробно проанализировали: Н.В. Кудрявая, Н.К. Ломунов, Г.П. Бердников, И.Н. Андреева, Т.С. Буторина, З.И. Васильева, Н.В. Вейкман. К сожалению нравственно-религиозные идеи изучены очень мало, хотя в них заложен глубокий философский смысл. Основные положения данной теории актуальны в наше время, время низкой общественной культуры воспитания.

Идеи Л. Н. Толстого позволили по-новому взглянуть на мир ребенка. Лев Николаевич показал, что взгляд взрослых на ребенка должен быть подлинно гуманистическим, то есть содержать в своей основе любовь как способ мировосприятия и мироотношения.

Задача школы, семьи, общества - развивать в человеке гуманистические задатки и потребность жить согласно идеям сохранения и продолжения жизни. Школа должна стать школой «реального бытия» человека и в то же время работать на перспективу духовного обновления. Именно такая возможность кроется в самом содержании учения Льва Николаевича Толстого.

Согласно концепции Л. Н. Толстого, ребенок, сохраняя свободу выбора, делает осознанный шаг в сторону величия разума и чувства, постепенно созидает свой Путь жизни.

Осмысленный выбор своего жизненного пути - это ли не основная задача школы?! Дело не в профориентации, не в перекачке информации от одного к другому, а в формировании такого статуса личности, когда духовно сильная личность готова к испытаниям, может отстоять достоинство, сделать сознательный нравственный выбор.

Сегодня школа, отражая противоречивость общественного развития, должна идти несколько впереди общественного развития. Только тогда она будет формировать личность, созидающую жизнь и творчески работающую на будущее.

Л. Н. Толстой ведет нас путями педагогических исканий, учит видеть истинное счастье в раскрытии индивидуальности каждого ученика. Теперь, столько лет спустя после смерти великого педагога, мы многое можем по-новому понять, оценить; Л. Н. Толстой предстает перед судом времени в величии своего гуманизма и мудрости. И поэтому его имя как великого педагога-гуманиста бессмертно.

Список литературы

1. Гончарова Е.Ю. Организация учебного процесса в инновационной школе // Тульская школа. – 1996, №2, с. 12-13.

2. Замалеев А.Ф. Лекции по истории русской философии – М.: Просвещение, 1995. – 489 с.

3. История педагогической мысли образования за рубежом и в России. Учебное пособие для педагогических вузов / Международная академия наук пед. Образования; И.Н. Андреева, Т.С. Буторина, З.И. Васильева и др., Под ред. З.И. Васильевой. – М.: Академия, 2001. – 416 с.

4. История педагогики в России. Хрестоматия для вузов / Сост. С.Ф. Егоров. – 2-е изд. – М.: Академия, 2002. – 397с.

5. Коджаспирова Г.Н., Коджаспиров А.Ю. Педагогический словарь. Для студентоввысштх и средних пед. учебных заведений. М.: Академия , 2000, - 176с.

6. Козлова Г.Н. Образ жизни отечественной гимназии конца XIX начала ХХ века. // Педагогика, - 2000 №6 с. 72-73.

7. Косоножкин И.И. К источникам мудрости народной // Дошкольное воспитание, - 1991 №6 с. 43-45.

8. Кудрявая Н.В. Лев Толстой о гуманизации наук. // Педагогика. – 1994., №3 с. 23-26

9. Ожегов С.И., Шведова Н.Ю. Толковый словарь русского языка

10. Пирогов Н.И. Избранные педагогические сочинения. М.: Просвещение. – 1988. - 648с.

11. Слободчиков В.И., Исаев Е.И. Психология человека. М.: Просвещение. – 1995. – 365с.

12. Толстой Л.Н. Избранные филосовские произведения / Сост., авт. вступ. ст. Н.П. Семыкин – М.: Просвещение. – 1992. – 528с.

13. Толстой Л.Н. Педагогические сочинения / Сост. Н.В. Вейкшан. – М.: Педагогика. – 1989. – 544с.

14. Толстой и наше время / АН СССР, Институт мир. лит. им. А.Н. Толстого, Отв. Ред. К.Н. Ломунов. – М.: Наука. – 1978. – 366с.

15. Л.Н. Толстой и современность: сборник статей и материалов / Ред. коллегия: Г.П. Бердников и др. М.: Наука. – 1981. – 280с.

16. Чернов М.И. Русская православная церковь: прошлое и настоящее // Советская педагогика. – 1988 №6 с.117-121