Роль двойственного характера основ французского языка

Французский
Загрузить архив:
Файл: ref-26984.zip (16kb [zip], Скачиваний: 107) скачать

Роль двойственного характера основ французского языка в развитие его словообразовательной системы

Роль двойственного

характера основ

французского языка.

Студентки 4 курса

факультета

французского языка

Семеновой Ольги

(401 фр/в)

В первой половине 20 века получило распространение мнение ряда французских лингвистов о том, что аффиксальное словообразование французского языка утратило свою жизненность и находится в упадке, она полагали, что во французском языке слишком много единичных слов, не принадлежащих ни к какому словообразовательно ряду, которые почти не поддаются деривации, и делали вывод, что это препятствует аффиксации. Основной их ошибкой было смешение диахронного и синхронного подходов к проблемам деривации. Советский ученый П.А. Соболева ввела понятие ассиметрии процессов и отношений в области словообразования, она разграничивает словообразовательные отношения, который выполняют структурно-унифицирующую и словообразовательные процессы, функция которых - обогащение словаря, и подчеркивает при этом, что словообразовательные процессы по их количеству и разнообразию превалируют над словообразовательными отношениями.

Ассиметричность в образовании слов и в лексике вообще заключается в том, что не все подчиняется определенным закономерностям, правилам.

Ассиметричность языкового знака предполагает наличие как элементов содержания, не выраженных формально, так и формальных элементов, лишенных собственного значения.

Нередко углубленный анализ того или иного явления, которое на первый взгляд представляет исключение, показывает, что в нем заключена своеобразная закономерность.

Основной чертой французской лексики, а следовательно и словообразовательной системы, является двойственный характер её основ, в силу чего долгое время все французское словообразование рассматривалось как состоящее из двух «подсистем», базирующихся одна – на исконной, романской основе, другая – на заимствованной, книжной основе.

Оба типа основы, исконная и книжная, как производящие основы равноправны. Они в равной степени входят в словообразовательную систему французского языка. Формальные различия между исконной и книжной основами не случайно, они прослеживаются систематически. Независимое развитие той или другой основах проявлялось в некоторых фонетических особенностях, касающихся произношения групп согласных. Согласные d и b произносятся в словах с книжной основой:

admonestrer, admonition, objet,obriver, obsequies, obscure

и не произносятся в словах с исконной основой :

adjoint (ajoint), adgencer (agencer), omettre, omis,

или в словах с книжной основой, испытавшей влияние исконных форм:

averse (adverse), ostine (obstine), obstination, omission.

* Клод Фавр де Вожла (фр. Claude Favre de Vaugelas, 15851650) — «член-учредитель» Французской академии, руководил составлением академического словаря, один из законодателей французского классицизма XVII века в области литературного языка.

** Жиль Менаж (фр. Gilles Ménage; 15 августа 1613, Анжер23 июля 1692, Париж)— французский филолог.

Независимость книжного и исконного словарных фондов друг от друга усугублялось различием сферы их употребления. Пути проникновения книжных основ, т.е. латинизмов по происхождению через научную литературу, через деловые и юридические документы, обусловили принадлежность производных с книжной основой главным образом к книжной, ученой, официальной речи, к отвлеченной лексике. Конечно, это различие необязательно проявляется на уровне каждого отдельного конкретного слова, но в целом оно служит дополнительной характеристикой двойственности словообразовательно основы.

Существование семантически дублирующих друга друга разноосновных образований, например choix и election в значении «выбор», развивавшихся по линии дифференциации значения, так же указывали на разные пути развития книжной и исконной основ. Д. Буур уточняет, что слово election имеет пассивное значение. А choix – активное.


В синхронии различие диахронных источников не является релевантным фактором. Безусловно, структура слова представляет собой результат процессов, которые можно восстановить этимологическим путем. Но эти процессы далеко не всегда совпадают с синхронными словообразовательными отношениями.

Отсюда и непоследовательность в разграничении диахронических и синхронических явлений, особенно характерная для области словообразования.

Наличие между словами на исконной и латинской основах не только семантических, но и словообразовательных связей свидетельствует о том, что «книжная» лексика дополнила и развила существующие на исконной основе лексические парадигмы. Но поскольку словообразовательные связи сложны, не всегда регулярны от одного типа слов к другому, от одной лексико-тематической подгруппы к другой и т.д. и т.п., то достаточно трудно выявить существующие словообразовательные ряды и парадигмы, которые то, как будто сходятся, то расходятся, то перекрещиваются, то обособляются в самостоятельные подтипы. До сих пор имеется много разночтений в отношении французских слов к моделям словообразования и даже в идентификации морфем.

Существуют варианты основ, функционально дублирующие друг друга: intraduisible, intraductible.

Распространены случаи, когда производное от связанной основы семантически коррелирует со свободной основой, как бы заменяя отсутствующее однокоренное производное:

jeu/ludique

eau/aquatique

prison/carceral

rapide/accelerer

aveugle/cecite

Таким образом непроизводное слово – основа – и соотносящееся с ним производное со связанной основой – находятся в дополнительном распределении относительно смыслового значения, обычно передаваемого словообразовательными средствами. Такие супплетивные пары, cодержащие формально различные корни, но семантически не отличающиеся от пар однокоренных производным, являют собой разновидность синонимических средств. Существует семантическое сходство между словами синонимами и супплетивными формами основ: motvocable,

epouxmari,

faite- cime с одной стороны,

jeu – lud-,

livre – biblic с другой.

Подавляющее большинство супплетивных основ порождает целые ряды производных, в составе которых наряду с синонимическими словами входят семантически разобщенные слова:

mouiller – 1)мочить, орошать, омывать;

2) становиться на якорь (mouiller lancre);

mouillage – 1) намачивание;

2) разбавление напитков водой;

3) отдача якоря;

4) якорная стоянка;

5) прокладка подводного корабля;

mouillere – сырой луг;

mouillette – кусок хлеба, обмакиваемый с жидкую еду;

humecter – увлажнять, смачивать;

humectation, humectage – увлажнение, смачивание;

humecteur – ороситель, увлажнитель.

Анализ значений связанных основ затруднен тем, что они не употребляются как самостоятельные слова, и их семантика не сводима к словарному значению. Они мотивированы опосредствованно и выражают материальное содержание, обычно передаваемое лексическим значением (отсюда термин лексема), но лишены грамматической оформленности, присущей слову. Но ведь и многие непроизводные слова не имеют эксплицитно выраженных признаков того, что они являются лексическими, а не морфологическими единицами (за исключением предшествующего существительным артикля). Их значение так же ясно, как и лексическое значение связанных основ, на базе которых не только аффиксальные производные, но и тематические композиты (ventrilogique, lacrimogene, calorifere). Наметилась тенденция употреблять их в качестве свободных основ, т. е. самостоятельных слов: dactilo – машинистка,

ophtalmo – врач офтальмолог.

Есть основания полагать, что супплетивные основы, одна из которых свободная. А другая связанная, находятся отношениях синонимии, а значит обладают, кроме не семантического сходства различиями в смысловых оттенках и в стилистической окраске. Действительно, супплетивные формы, этимологически восходящие к классической латыни, чаще используются в словах терминологического характера, в научной речи. Значения слов с этими корнями, как правило. Однозначны, а зона их употребления уже. Чем у их исконных дублетов. Так, глагол incancerer – «заключать в тюрьму», связанная основа которого дублирует свободную основу prison, однозначен в сравнении с его синонимом emprisonner, который употребляется еще и в фигуральном значении – «сжимать, не давать высвободиться».

Переходя в другие терминологические области, некоторые слова со связанными основами приобретают новые значения. Хотя остаются однозначными в пределах каждой из сфер употребления: friction – в медицине - «растирание, втирание»,

в технике – «трение»,

в политике «трение».

Многие подобные изначально научные термины становятся общеупотребительными словами вследствие их популяризации.

Различие в семантике производных, имеющих супплетивные основы и относящихся к одной грамматической категории носят характер нормы, т.к. им присущи формальные различия не только основ, но и суффиксов:

vieillard – старик,

gerontin – человек преклонного возраста,

guerrier – «относящийся к военной практике, боевой»,

belliqueur – «проявляющий любовь к военным действиям, воинственный».

Различие в лексических значениях таких пар может привести к полному отсутствию синонимии:

loyal – «лояльный, верноподданнический, преданный»

leditime – «законный».

Оттенки значений французских слов, большинство из которых многозначны, невозможно определить вне их зависимости от семантики и структуры словосочетаний, в которых они употребляются, т.е. вне контекста. Очень часто именно различные в употреблении супплетивных форм определяют не только оттенки их значений, но и сам факт их употребления в речи и закрепления в языке.

Если, например, сравнить словосочетания rectitude и droiture, супплетивные основы которых передают значение «прямой», то станет ясно, что их значения нигде не пересекаются:

rectitude d’une ligne, d’une route, d’un raisonnement;

droiture de caractere, agir aveс droiture, faire venire a droiture les livres.

Существование подобных слов, которые можно было бы назвать квазисинонимами (мнимыми синонимами), поддерживается определенностью языкового окружения каждого из них. Другими словами оно объясняется уже отмечавшимся лингвистами «тяготение» одних французских слов другим: узусом, лексической нормой.

В принципе, супплетивные формы основ так или иначе мотивированы во французском языке, на этом основывается их функционирование.


Помимо различий, систематически разделявших исконные и книжные основы, между ними существовало и некоторое сходство по форме и значению.

Генетическое единство обеих основ часто находило отражение в орфографии. Например, исконная форма taux и книжные taxe, taxation произносятся различно, но орфография указывает на общность их латинской основы. Если учесть, что значения этих слов еще не были дифференцированы, легко понять, почему кодификаторы рассматривают их в одной группе. Ж. Менаж уточняет различие между этими основами:

· taux – цена за товар,

· taxe – надбавка к цене,

· taxation – налог, выплачиваемый казначеем и контролером.

Раздельность исконной и книжной основ не исключало и их взаимодействия и влияния друг на друга. Примером может служить ряд terroir

- terrain

- territoire

Ж. Менаж предлагает включить сюда еще форму terrier . Слова terroir, terrain являются иконными основами, territoire - книжной основой, ассимилированной с помощью исконного суффикса. Все члены ряда имеют свободный корень – terre. Общность корня, имеющего 2 значения – «земля (почва)» и «земля (страна)» определило смешение значений terroir и territoire и объединило исконную и книжную основы. Книжная основа легко вошла в ряд исконных форм и оказала влияние на исконную форму корня, который в старофранцузском имел вид tiere. В 17 веке произошло разграничение сфер употребления слов terroir, terrain, territoire, причем за книжной основой было закреплено наиболее абстрактное юридическое значение.


Список литературы:

1. Сборник научных трудов (выпуск 361), 1990, МГИИЯ им. М. Тореза,

2. П.А. Соболева. Ассиметрия словообразовательных процессов и словообразовательных отношений/ проблемы структурной лингвистики 1979. – М.; Наука.

3. Н.А. Катагощина. Как образуются слова во французском языке. 1980. – М.Просвещение.

4. Ю.И. Суслова. Становление словообразовательной системы французского языка в 16-17 вв. 1983 – М. издательство Московского университета.