Исследовательская работа учащейся 11 класса «Взгляд на историю 20 в с позиции современного человека века в книге З. Прилепина «Обитель»


Сергеева Елена
Научный руководитель: учитель русского языка и литературы высшей категории Т. А. КалагинаВзгляд на историю 20 в с позиции современного человека века в книге З. Прилепина «Обитель»
Введение
В наши дни вся отечественная гуманитарная наука испытала кризис и почувствовала необходимость выработки нового подхода к изучению исторического наследия нашей страны и отражения ее с точки зрения национального русского видения мира, то есть с точки зрения христианской морали. Пришло время перейти от социологического к нравственному анализу действительности. В настоящее время становится ясно, что без уяснения христианских основ невозможно адекватно оценить многие события истории, тем более концепцию идеала человека. Сегодня, когда обострилась международная обстановка, когда Россия балансирует на грани холодной и просто войны, вопросы. какой он – русский, можем ли мы, сегодняшние, выдержать то, что довелось вынести нашим предкам в крайне экстремальных условиях войны или лагерей, становится особенно актуальным.
Ведь именно христианство по отношению к человеку утверждает, что на свете нет ни одного абсолютно грешного или святого. Добро и зло, грех и благодать перемешаны в людях, и в каждом есть то и другое. Главная задача поэтому – научиться находить в человеке доброе, не замечая плохого. По- христиански так относиться надо к каждому человеку, к каждому народу в целом, к власти и государству, к науке и культуре, к истории, - то есть ко всему окружающему миру. Христианская традиция в культуре оказалась так сильна, что ее не смогли уничтожить ни эпоха Просвещения, ни воинствующего Коммунизма
Для русской литературы одной из главных является христианская традиция. В этом ее уникальность. Вся русская литература о преображении человека. Пришло время и сложные события 20 века оценить с точки зрения самых незыблемых человеческих ценностей, то есть с позиции христианской морали. Тогда вечный вопрос «Кто виноват?» перестанет отвлекать людей от главного: поиска человека в самом себе, то есть духовного совершенства. Тогда призывы к мятежам и бунтарству в истории и литературе уступят наконец дорогу душевному согласию людей.

Основная часть
«Обитель» З.Прилепина – роман- размышление о русском человеке, его душе в частности и истории русского народа в целом , о том, что русская история статична, а русский человек - неизменен во все времена, о наготе русского человека и равнодушии к собственной судьбе, об отсутствии своей собственной идеологии и неизменной привычке страдать за чужую, о непомерной лени русской души и тела, и о той цене, которую за нее платят.
Действие «Обители» происходит в 20-е годы XX века в Соловецком Лагере Особого Назначения, его основные персонажи – реально существовавшие люди. Это произведение является , на мой взгляд, свидетельством того, что человек 21 века обращается наконец к христианской интерпретации русской истории 20 века. Именно православная духовная традиция является для писателя определяющей в изображении русского самосознания, общественного идеала. Прилепин выходит на новый уровень в сталкивании идей и мыслей, сплетении их в поединке и поиске истины о том, каково это, быть человеком вообще и русским человеком в частности. Сам же и отвечает: искать Бога, «неся на дне своём немного ада», бредить и прозревать.
«Обитель» З. Прилепина не столько «лагерная проза», сколько сконцентрированное выражение русского 20 века.Так что читатель, заранее настроившийся на размеренное описание жизни и быта обычного советского лагерника или очередное разоблачение ужасов коммунистического режима, будет приятно удивлён. Собственно, Солженицын с Шаламовым давно уже всё описали и разоблачили. К тому же, с изначально предвзятой позиции лично пострадавших. Прилепин старается сохранить объективность, даже полемизирует с разоблачителями устами своих персонажей. В «Обители» Соловецкий лагерь, прародитель всего «архипелага ГУЛАГ», это не филиал ада на Земле, а место, где даже можно жить. Чаще, конечно, приходится не жить, а выживать, но это характерно для большинства исправительных учреждений.
От других произведений на эту тему роман отличается взглядом на человека и историю. В заповеднике, ковчеге, «революционном поезде», который никуда не идет, все в чем-то правы, и никто не знает, чья правда будет написана в учебнике. Видимо, поэтому в романе оказывается, что находившиеся в лагере белогвардейцы - бывшие убийцы и мучители, получившие свое за дело. А погибшие в 1923 г. в результате стрельбы охраны по политзаключенным эсеры - сами нарывались. И даже глава лагеря Эйхманис, веселый чекист, оптимист, любитель жизни, деятельный организатор и увлекающийся работой труженик - талантливый человек, хотя и любит иногда в шутку выбить из-под своего подручного табурет. Душа у него такая, широкая.
Бывшие белогвардейцы, политические, уголовники, священники, поэты, музыканты - варево адское.
Герой Прилепина Артем Горяинов отбывает на Соловках срок — канон «лагерного романа» предполагает, что за политику, но нет – за непреднамеренное убийство отца. В одном из интервью с писателем Захар Прилепин сказал о своем герое: «…Это « голый» человек, без идеологии, без четко проявленных черт — и доведенный при этом до некой крайности. Я это сделал осмысленно. Герой должен был быть «голым» человеком, но при этом русским». Это не заурядный «Иван Денисович», а настоящий романтический герой: молодой, храбрый, по-своему мудрый, но вместе с тем – импульсивный, гордый . Участь незаметного человека, «такого же, как все» – не для него. Артём может вступить в бой с «блатными», если ему не нравятся их законы, или защитить человека от произвола лагерного начальства – точнее, попытаться. Место, куда попал герой, страшное , но у Артема сильный характер, и он везучий, а еще он крепкий и умный, этот Артем. Таких невозможно ни принципиально улучшить, ни сломить. Но Соловки - это ад, только не совсем тот ад, представление о котором существует в массовом сознании, сформированном перестроечными разоблачениями сталинского режима; ад не столько солженицынский, сколько достоевский, не навязанный извне, а свой, спасение от которого тоже не извне. Необходимо покаяние и через него преображение .Весь же путь Артема – это спасение тела. По ходу книги отношение к главному герою меняется – от сочувственной жалости до презрения. Он готов пойти на все, чтобы выжить: оболгать, предать, убить, пройти мимо собственной матери, приехавшей на свидание, но самое главное – еще и оправдать себя, уверить, что все делает правильно. Не приходит он и на исповедь на Секирке и теряет свою душу окончательно. А сумеет ли он вообще выжить? А выживут ли те, кто рядом с ним? И самый, пожалуй, страшный вопрос – заслуживают они этого, справедливо ли это? Кончина главного героя случайная, без покаяния. Этого лишает его и писатель, и Бог. Такую смерть А. П. Чехов называет «издох как собака».
Оставаясь человеком без идеологических и религиозных установок, герой прилепляется то к одним, то к другим, и читатель вслед за ним то возносится к самым вершинам лагерного мира – к пирушкам начальников и философским посиделкам спецов, то опускается на дно – к каторжной бессменной работе, к расстрелам, к пыткам на Секирке. Постепенно перестаешь понимать, все ли происходит на самом деле, или безумный побег в моторке мерещится измученному холодом и голодом герою. Все – ужас. Все – кошмар. И этого непреднамеренного убийцу, готового радоваться каждой малости, тоже в конце концов ломает и перетирает в порошок чудовищный соловецкий ад. Ибо нет в этом аду ни любви, ни свободы, а только насилие, жестокость, агрессия. Нет любви и в самом Артеме. Вот, кажется, и найдено послесловие к поэме А. Блока «Двенадцать», вот и сбываются пророчества поэта: «Ох ты горе-горькое! Скука смертная, Смертная». Ведь злобы не бывает «святой». От злобы, от отказа от Бога бывает только опустошение.
Оправданий в романе ни чекистам, ни заключённым, ни лагерным «блаженным» Прилепин намеренно не ищет. Да и среди заключенных здесь — неожиданная статистика — гораздо больше бывших чекистов, чем, например, священников. В образах двух представителей духовенства автор попытался отразить двойственную природу представителей русской церкви. Первый, Иоанн, ласково прозванный «владычкой», являет собой доброту, миролюбие и прощение. Другой же, батюшка Зиновий, наоборот, является жадным, озлобленным, склонным к попрошайничеству и стяжательству. Ключевым моментом является примирение двух церковников и совместное принятие исповеди у заключенных в холодном и жутком карцере, откуда был только один путь – к стене, на расстрел.
Непросто то есть место, где черти мучают невинные души; ад — но с важными нюансами. Так, некоторые души страдают тут безмерно — а некоторые едва ли не смакуют мгновения счастья; а бывает, невинные души сами оборачиваются чертями — и не раз; тогда как черти подлинные брезгуют, бывает, мучениями — и занимаются разумной, в каком-то смысле, просветительской деятельностью.
Соловки... Ну, что Соловки. Слово на букву «С». Ту самую, с которой начинается Смерть, а ещё Сила, Смех, Страсть, Страдание, Свидригайлов. Всего в избытке у России – с двумя такими буквами в самой сердцевинке. Причем в тексте не раз говорится прямым текстом, что насилие на Соловках - вещь очень старая, еще с давних веков. Вопрос исторического прошлого Соловков вообще занимает в романе немало места. Документальное воспроизведение деталей свидетельствует о том, какой титанический труд положен в основу книги. По заверению писателя, для воссоздания атмосферы Соловецкого лагеря 1920-х годов ему пришлось немало потрудиться над документами монастырской тюрьмы (обители) со времен ее основания, над дневниками и записями непосредственных участников событий, материалами Соловецкого журнала. Оказалось, жестокость и насилие - это что-то вроде вечного проклятия России? Так что роман Прилепина уже не пророчество. Это призыв: «Ищите рай в самом себе!»
Вопрос о цели произведения несколько объясняет кредо автора, сформулированное им в эпилоге: "Я не люблю советскую власть, но тех, кто ею недоволен, я не люблю больше". Ни о каком оправдании речь не идет: как такое оправдаешь — попрание божественного в человеке тут каждую секунду; только вот смысл затеи не в том, чтобы добавить еще несколько запоминающихся шокирующих сцен в каталог, составленный Солженицыным; и не в том, чтобы рассказать «окончательную правду о большевистских преступлениях на Соловках» (время действия - до Большого террора, еще портреты Троцкого висят). Но что действительно писателя интересует ,как мне кажется, так это национальная история. Его роман про то (может это немного грубо), что и начальство не с Луны приехало, и заключенные — продукты российской культуры и истории. Звериное готово вырваться у всех :и у палачей, и у жертв; легкость обмена ролями свидетельствует о внутреннем родстве. Но только не потому что и те и те — «рабы», а потому что готовы ад устроить другим — лишь бы спастись. Спастись физически, без искупления грехов страданием. Соловки — и есть Россия. Остров как модель страны. Страны, где «…Бог не мучает, Бог оставляет навсегда…». Не этой ли стране пришло время вопрошать: « Вернись, Господи. Убей, но вернись!»